Lai`a Gol - Елена Квашнина

— Вы ещё встретитесь, дитя моё, — мрачно ответил ей Сарэк. — Даю гарантию.

— Я удивлён, посол, — заметил главный инженер «Сабрины». — Какие уж тут могут быть гарантии? Это ромуланец. Милый, симпатичный, конечно, но ромуланец. Он не вернётся.

— Вернётся, — успокоил Макгила Сарэк. — Хотя бы потому, что ему позарез нужна работа.

— Работу он везде найдёт, — пожал плечами лейтенант.

— Не такую работу, — пожал плечами вулканец. — Но не в этом дело. Скажем так — я подвержен одному крупному заблуждению, которое в итоге сгубило даже самого Сурака.

— Это какому же?

— Я верю людям. Даже ромуланцам. И хочу предоставить ему шанс, которого он был лишён, похоже, с самого детства. Я разговаривал с ним. Тард нуждается в этом. К тому же девочки ему верят… а они никогда не ошибаются, — шопотом сказал вулканец и едва заметно улыбнулся.

Время тянулось очень медленно. «Лай'а Телл» не мог добраться до своей цели за три дня — ведь это был не огромный звёздный крейсер, а всего лишь скромный фрахтовик, пусть и многофункциональный для своих размеров. Сарэк продолжал переговоры, пытаясь найти хоть какой-то альтернативный выход из создавшейся ситуации и урегулировать конфликт, назревающий между местным правительством и Федерацией (это не считая внутреннего); Аманда сопровождала его на всех дипломатических приёмах, поддерживая и успокаивая своим присутствием; Лея и Эван целыми днями шатались по столице в сопровождении энсинов и курсантов, летняя практика которых уже начала плавно перетекать в каникулы.

Сорел на Вулкане продолжал незаметно обыскивать все более-менее подозрительные объекты на предмет поиска чего-нибудь такого, что объясняло бы пребывание абсолютно нового безымянного фазера в куче металлолома; ещё он каждый день заходил в дом Сарэка, включал поливальную установку, разговаривал с Рэйвом и по-прежнему нелогично надеялся на то, что Рика всё-таки объявится. А то вернутся с Андоры девчонки, а её всё ещё нет — расстроятся… Однако аалс исчез всерьёз и надолго. Сорел и сам любил это неугомонное создание — Рика всегда устраивалась рядом с ним в кресле, когда он заходил к Сарэку в гости. Конечно, периодически она любила также и поваляться у него на коленях, что, при её весе и манере ласково запускать когти ему в брюки, оставляя на ногах ряды изумрудных царапинок, превращалось порой в нешуточное испытание… и всё же он скучал по ней. Но время шло, вулканская кошка не появлялась, и Сорел смирился. Должно быть, природа взяла в ней верх. Кто знает, может все взрослые аалсы рано или поздно убегают из дома?..

Так или иначе, все были заняты делом. Все — кроме одного, по имени Зибрат, который сидел в самом охраняемом отсеке «Сабрины», окружённый силовым полем, и мрачно поглядывал на тех, кто приносил ему еду. Он молчал. Он даже не поливал своих тюремщиков грязными оскорблениями на клингонском, как это было положено в подобной ситуации. Они этого не заслуживали. Мерзкие федералы! Мало того, что они лишили его возможности красиво и благородно уйти из жизни, так ещё и напустили на него своего ручного вулканца, рихантсу его задери! Ну ничего… он им это припомнит.

В отличие от мальчишеского шипения Н'Кая («Ух, и покажу же я им!!!»), это было вполне зрелым и осознанным решением.

Ранним утром, когда в воздухе ещё чувствовался ночной холод, в главном космопорту Вулкана опустился небольшой пассажирский лайнер. После проверки документов из него, в числе других пассажиров, вышел ничем не примечательный молодой человек со спортивной сумкой на плече. Он прошёл таможню, взглянул на карту космопорта и отправился прямиком в пятый сектор. Там он подошёл к стене здания номер двадцать три, выкрашенной в тёмно-серый цвет, подобрал с земли кусок мела и вывел на шершавой поверхности символ всеобщей логики. Это было условным знаком. Кому надо — поймут. Молодой человек удовлетворённо кивнул головой, отчего его длинные золотистые волосы рассыпались по лицу, и отряхнул руки от мела. Порядок. Осталось только нанести визит старому другу.

Сорел сидел в своём офисе, проверяя данные, поступившие за последние восемь часов, когда дверь его кабинета раскрылась, и в помещении возник незнакомый молодой человек со светло-золотистыми волосами, перепутанными ветром.

— Привет, — сказал он, внимательно глядя на Сорела крупными, как у ребёнка, синими глазами. — Не узнал?

— Чем могу помочь? — холодно поинтересовался Сорел, возмущённый этим бесцеремонным вторжением.

— Не знаю, — ответил молодой человек и уточнил. — Пока.

— Послушайте, — начал было Сорел, но молодой человек опередил его.

Он быстро провёл рукой за ухом, будто поправляя волосы и… превратился в Н'Кая.

— Ну, здравствуй, федерал, — сказал он и улыбнулся.

— Кто ты? — Сорел весь подобрался, словно хищник перед прыжком.

— Да я это, я. У меня для тебя послание от Сарэка.

— Докажи, — медленно произнёс Сорел.

— Ну… кто ещё, по-твоему, может быть в курсе того, как ты меня героически спасал от Леиного гнева? Или того, как мы в храме Гола…

— Ладно, допустим, — Сорел снова сел в кресло, не сводя с ромуланца настороженного взгляда. — И что?

— Я с плохими новостями, федерал, — Н'Кай без приглашения уселся на стул. — Слушай, у тебя воды нет? Ужасно пить хочется.

…Спустя двадцать минут, когда Н'Кай закончил свой рассказ, Сорел был мрачнее тучи.

— Эти сведения абсолютно верны?

— Мне Сарэк так сказал. Но ты можешь меня просканировать, если не веришь, — мужественно ответил Н'Кай.

— Нет уж, спасибо. Верю. Значит, трое… да ещё и в моей службе! Т'Вет… — Сорел задумался. — Что ж, будем действовать согласно плану Сарэка.

— Интересно, почему они выбрали людей? — поинтересовался Н'Кай.

— Да потому что с вулканцем такой трюк не пройдёт. Любой проходящий мимо соплеменник определит подмену. А сознания людей мы стараемся не касаться даже случайно — это не на пользу ни им, ни нам. Только и всего. Иди, Н'Кай. Я должен отобрать людей для этой операции.

Спустя четыре часа у здания номер двадцать три, на стене которого Н'Кай нарисовал знак Колинара, появились три человека, одетые в серые мундиры федеральных служащих младшего звена. Они ждали кого-то, поглядывая время от времени на часы, и явно нервничали.

Навстречу им, покачивая в такт шагам спортивной сумкой, вышел всё тот же молодой человек, что так бесцеремонно вломился в кабинет Сорела рано утром.

— Чего тебе? — хмуро поинтересовался один из охранников.

— Не узнал? — ухмыльнулся золотоволосый, мгновенно превращаясь в капитана Спенсера.

— Совсем рехнулся, идиот?! — вздрогнул охранник. — Спенсера нашли три недели назад, в доках!!! Опознать, правда, не смогли, но всё равно — поосторожнее с этим портретом!

— А я тебе говорил — дезинтегрируй тело! — Спенсер снова превратился в золотоволосого. — Подумаешь, батареи сели! Можно было и позже вернуться, — он принял официальный вид. — Май дох сид гхос негх!

— Тув нагх!.. — ответили все трое, вытягиваясь перед старшим товарищем.

— Приветствую вас, Генра, Спайр, Лутек. Однако время не ждёт — мы должны закончить миссию как можно быстрее и убраться с этой трижды проклятой планеты!!! — он сплюнул на землю.

Трое других клингонов ударили себя кулаками в грудь и сделали то же самое.

— Во славу Императора!..

— Во славу!!!

— Идёмте, — золотоволосый развернулся и махнул рукой. — Нужно передать реликвию и учёного клану Высокого Дома, и война, наконец, начнётся. Федерация будет ослаблена, а мы принесём Империи немалый доход, сбывая оружие андорцам.

Спустя двадцать минут они стояли перед четвёртым складом, который уже неоднократно — и всегда с нулевым результатом — был обыскан людьми Сорела.

— Маскирующее силовое поле, — пояснил Генра, нажимая на кнопку небольшого устройства, которое держал в руке. — Малурианская технология. Ни один сканер не в состоянии его обнаружить.

Слой бетона в углу помещения неожиданно исчез, открывая их глазам вход в подземную шахту. — Забирай их, Зибрат. Дело сделано.

— Точно, — сказал Н'Кай, отступая к противоположной стене. — Дело сделано.

— СТОЯТЬ! РУКИ ВВЕРХ!!! СОПРОТИВЛЕНИЕ БЕСПОЛЕЗНО!!!!

Эти истошные вопли Сореловых бойцов никого не могли оставить равнодушными — даже клингоны на секунду растерялись. Людям из отдела безопасности вполне хватило этой секунды, чтобы управиться с ними. Через минуту парализованные и лишённые маскировки диверсанты валялись на полу.

А спустя ещё полчаса из подвала были извлечены профессор Ро'Горэй, спящий в стазисном поле, и большая пластиковая коробка.

— Вот так, — сказал Н'Кай. — Достопочтенному профессору в этом деле была уготована скромная роль козла отпущения — дескать, это всё его работа. И главное, все бы на Андоре в это спокойно поверили.